obitaemy-ostrov (obitaemy_ostrov) wrote,
obitaemy-ostrov
obitaemy_ostrov

Categories:

Интервью Дмитрия Быкова с Федором Бондарчуком

Журнал CITIZEN K, зима 2008-2009 - о фильме "Обитаемый остров"

Бондарчук, которого я увидел, был бесстрашен и беспечен. Отвечал он быстро и коротко, совершенно не заботясь о том, что я подумаю и как интерпретирую сказанное. Видно было, что ничья оценка, кроме собственной, его уже не колышет совершенно. Давно я не видывал людей, проделавших столь масштабную эволюцию за каких-то два-три года. И уж точно давно не видел режиссеров, которых бы так перелопатила собственная картина.

-- Федор, я начну с неприятного вопроса: вы ожидали столь злорадных ожиданий и столь дружного неверия в ваш успех?
-- Ожидал, это вещь предсказуемая и отчасти знакомая. Я человек обеспеченный и прилично выглядящий. По традиционным интеллигентским представлениям – я хорошо понимаю, как они формируются, и не обижаюсь, -- обеспеченный человек не должен прикасаться к святыням, у него это не получится.
-- Правду сказать, эти люди в России кое-что сделали для формирования такого предрассудка…
-- Конечно. Но это тоже снобизм, только навыворот. Есть целая категория фэнов, которые по определению не в силах поверить, что я люблю «Обитаемый остров», что я его в детстве перечитывал без конца, что хотел его снимать… Меня радует такая реакция, не поверите. Я по опыту «Девятой роты» знаю: чем активней твою картину не принимает меньшинство, тем горячее полюбит большинство.
-- Ну, я вот «Роту» не особенно принял…
-- Я знаю. Но тут другой случай: у вас есть к картине претензии, вам бы хотелось ее видеть жесткой и черно-белой, у вас вопросы к ее смыслу – нормально. У других – претензии не к фильму, а ко мне: к тому, что фильм об афганской войне снимает ассоциирующийся с тусовкой хорошо одетый человек по фамилии Бондарчук. А претензии к фильму я воспринимаю нормально – я знаю, что Никите Михалкову она не особенно нравится, но это не мешает мне им восхищаться и с нетерпением ждать, когда он закончит «Утомленных солнцем-2».
-- У него-то какие претензии к «Роте»?
-- Ему кажется, что там неопределенность в финале, что недостаточно громко звучит тема неблагодарной Родины, которая фактически бросила своих и сама себя предала… но я же не про Родину снимал, точней, не только про нее. Это про мое поколение, ровесников моих, которых из трещащей по швам, но все еще нормальной позднесоветской жизни изъяли и кинули в большую войну. На которой убивают. И тогда вопрос: на чем будет держаться их готовность убивать и, если потребуется, умирать? Это жестокий довольно вопрос, потому что личного их интереса – нет. Война – чужая, земля – чужая, люди непонятные, с другим языком и законом. На каких основах удерживается человек, когда внешних у него нет? Можно призвать, заставить, муштровать в учебке – но потом, когда они попадают туда, видят воровство, прямое разгильдяйство, частое пренебрежение к человеческой жизни вообще, им нужны какие-то внутренние стимулы. Нельзя заставить человека хорошо воевать, удерживая до последнего эту забытую, в общем, высоту. Коротков в сценарии ставит вопрос именно так: почему они – все разные – одинаково героически там держатся и умирают, хотя это не люди сороковых годов, воспитанные в фанатизме? Вот на это я пытался отвечать, как уж получилось – не знаю, но что-то получилось, наверное, если ее смотрели и пересматривали, а многие называли культовой, хоть это не самое лучшее слово.
В «Острове», кстати, сходная проблема. У Стругацких Максим все время повторяет: я с Земли. Он человек из коммунистического Полдня, в котором все социальные проблемы решены. И он вступает в борьбу на Саракше просто потому, что не может видеть несправедливость. Я этот мотив оставляю в неприкосновенности, там это с самого начала заявлено, но нынешний зритель в коммунистический Полдень верит слабо. Чтобы Максим начал рисковать жизнью – и реально погибать несколько раз – за население чужой планеты, у него должен быть стимул более наглядный. Это может быть только любовь, потому что в романе Рада, в общем, возникает и действует редко. А у нас она – центральный персонаж, как и Гай. На глазах у Максима их мир рушится, поэтому он начинает их спасать… а дальше понимает, что отдельно спасти двоих нельзя. Что приходится сначала вписываться в этот социум, а потом взрывать его. И за что я благодарен Юле Снигирь, -- это наша Рада, -- так это за то, что она сумела сыграть такую девушку. Сильную и беспомощную одновременно. То есть я могу понять, почему этот герой кинулся за нее в такую авантюру.
-- А что, одного отвращения к Неизвестным Отцам мало было бы?
-- Какое отвращение, они же Неизвестные. Он не видит их до самого конца. Потом, опыт подсказывает, что отвращение все-таки не такая сильная вещь, как любовь, особенно в двадцать с небольшим, как ему там…


Tags: Дмитрий Быков, Обитаемый Остров, Фёдор Бондарчук
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments